xorxoy (xorxoy) wrote in 2academy,
xorxoy
xorxoy
2academy

Category:

Так что же мы хотим и что можем получить от "зверя в себе"?


Если разделить людей по признаку предпочитаемого типа социализации, то можно выделить три варианта:

1. Несоциализированные: дурачки (умственно отсталые) и интеллектуалы. И у тех, и у других не включился или не до конца включился комплекс стадных инстинктов, только у первых по причине общей недоразвитости, а у вторых - потому что познавательно-творческая группа инстинктов стала доминантом раньше, чем включились социальные. По этому признаку и те, и другие находятся на уровне трехлетнего ребенка. Им неинтересны статусные игры, они мало интересуются коллективной деятельностью, если она не удовлетворяет другие их интересы, но и той предпочли бы заниматься в одиночку, если только такое возможно. Плохие помощники и сами не попросят помощи, если смогут обойтись без нее.

С дурачками все более-менее ясно, поговорим об интеллектуалах. Общество их активно не понимает и не принимает. Особенно занятое статусными играми, зацикленное на работе локтями. Тот, кого они считают омегой и кто должен у всех сосать, внезапно плюет на них с высокой колокольни. "Лишу премии!" - "Ага. Только закрой дверь с той стороны". Все, занавес. Это если подойти культурно. А некультурно лезть к такому человеку вообще не советую, даже когда он худой и кашляет.
При выяснении отношений в статусных драках несоциализированный «умник» что в детстве, что во взрослом возрасте бьет, как убивает. Ему не нужно стать "царем горы", ему нужно, чтобы от него отстали. Как можно скорее. Желательно, навсегда. Если не может добиться этого простым и быстрым способом, придумает хитроумную приспособу, чтобы гарантированно отвадить любителей самоутвердиться за счет "бирюка".

Иногда таким людям перепадает высокое место или большое количество денег. В этот момент на них жалко смотреть - такая награда для них серьезная неожиданность и часто – тот еще гемор. Деньги, обычно, тут же уходят в любимую работу, а высокое место, в лучшем случае, интель занимает чисто номинально: он не руководитель. Совсем. Творец и управленец от веку имеют противоположные цели. Другое дело, что для умного начальника такой кадр на нужном месте дороже горы золота: он вытянет любую проблему по своему профилю, и много чего помимо. И шеф, если не дурак, будет с ним носиться, как с великовозрастным дитем или пероксидом ацетона. Ибо несоциализированный интель может рвануть в любой момент, то есть выкинуть исключительно по наивности то, о чем ты сейчас и подумать не можешь.

За ум у нас отвечают, помимо прочих, два гормона-нейромедиатора: серотонин и дофамин. Сладкая парочка! Оба вырабатываются мозгом (не только им, но остальные производители нас пока не интересуют), оба способны снести крышу напрочь, и оба необходимы не только для процесса мышления, но и вообще для того, чтобы жить и шевелить конечностями. Дофамин при передозировке (исключительно эндогенного производства, через гемато-энцефалический барьер не проходит) вызывает нервные и психические расстройства, но при его нехватке невозможно связное мышление, запоминание и обучение, мотивация и удовольствие от работы и вообще достижение какой бы то ни было цели. Воля угасает, наступает безразличие и абулия, да еще начинается слабость и подрагивание конечностей. Кроме того, дофамин - предшественник норадреналина. Поэтому к человеку, увлеченному своим делом, лучше не лезть - зашибет ненароком. Зато сам результат работы для такого дофаминового маньяка - лучший кайф и награда. Кроме того, дофамин - антагонист серотонина, пролактина и некоторых других гормонов. Сильно мотивированные своей работой мамочки не квохчут над детьми.

Серотонин - второе интересное нам вещество, играющее роль и нейромедиатора, и гормона. Но вообще он может наделать бед. Например, когда его слишком много - вызвать галлюцинации, судороги, тахикардию и даже убить. А может, синтезированный организмом в количестве чуть большем, чем обычно (для каждого человека необходимое для этого превышение различно) одарить всплеском вдохновения и "расширенного сознания", то есть способности воспринимать и обрабатывать в разы больше информации, чем в "тоскливые, серые будни" с его недостатком. Ну, и давать особый род счастья, отличный от дофаминового достигаторства. Тихую гармонию с окружающим миром, оно неудивительно, учитывая, что объем восприятия и скорость обработки сигналов от него возрастает.

И для всего этого не требуется какая-то хитровывернутая стимуляция или препараты. Просто ешьте триптофаносодержащие (тот же сыр или индюшатина вполне пойдут) продукты и почаще бывайте на солнышке, и серотониновое вдохновение - ваше. У здорового человека он сам образуется. Другое дело, что люди с разным интеллектом и ценностными установками этим вдохновением по-разному смогут воспользоваться.

Пить или колоть синтетические аналоги бесполезно (не проходит через гемато-энцефалический барьер), пить препараты-агонисты и препараты, повышающие каким-либо способом его содержание - палка о двух концах, вторым бьет по тому же месту, от нарушения циркадных ритмов до привыкания. Лучше уж сыр и пляж! Или вообще яркое освещение рабочего места лампами со спектром, близким к солнечному. Потому что когда серотонина не хватает, даже физически очень плохо. Сразу начинает болеть все подряд, особенно голова (мигрени), наступает депрессия, бессонница и эмоциональное отупение. И не только эмоциональное. Лучше уж с ним, чем без него.

Только учтите, что серотонин - антагонист окситоцина, серотониновые добрячки ровно относятся ко всем окружающим, не выделяя своих и чужих, словно хиппи. "Серотонинщики" вообще очень похожи на "детей цветов". Хватательная психология у них отсутствует в принципе, и мотивировать на труд нужно как-то иначе. Зато вдохновения и нетривиальных идей хватит на десятерых. Правда, чтобы они сами начали их воплощать, им должно быть интересно. А то получится, как в анекдоте про раввина и чужих кур: "Жаль, что все передохли - у меня еще столько идей!".

Часто "дофаминщики" на работе становятся "серотонинщиками" при дружеском общении в неформальной обстановке, но еще чаще встречается смешанный тип. Тот самый, с преобладанием исследовательско-творческой группы инстинктов. Слабо социализируемый, плохо управляемый, но умный, и если работа и интерес совпадают - ценный работник. Одна из тех букашек, что двигают прогресс.

О других нейромедиаторах я не сказала лишь потому, что они, не смотря на то, что играют важную роль в формировании и функционировании интеллекта, не настолько сильно влияют на социализацию человека и преобладающие в его мотивации инстинкты.

2. Социализированные по общинному, "первобытному" типу. Статусные игры знают, но не любят, предпочитают в них не играть. Защищают слабых, подкармливают голодных и всегда - это их метка, их неотъемлемое свойство - ратуют за справедливость, которая часто в их представлении оказывается первобытно-общинным равенством. Часто (далеко не всегда) все это - только для своих. "Мой класс, мой двор, мой отдел, моя лаборатория"... А для остальных - хоть трава не расти. Окситоцинщики. Возраст, в котором формируются эта доминанта - от младшего дошкольного до подросткового. Возраст правдолюбства и тотальной справедливости.

Не у всех, конечно, кое у кого окситоцина просто не хватает, чтобы его запустить, у кого-то - окружение сразу формирует конкурентную, павианью социализацию. Детсад аж с 70-х годов прошлого века - вне конкуренции по производству из людей маленьких павианчиков. Обилие таких соревновательных игр, в которых тренируется не чувство локтя, а умение работать локтями пришло в дошкольное воспитание не сегодня, сегодня оно дополнилось дебилизацией "развивающих" занятий. Что сейчас творится в младшей школе - вообще громко промолчу, такое впечатление, что там готовят к олимпиаде для умственно неполноценных. "Заучивать, не думать!" "Шаг вправо, шаг влево... а уж если вперед!.." Авторитарность и безмысленность быстро меняет человеческие приоритеты на обезьяньи.

Кроме того, там, где скучно - начинаются манипуляции соседом и единственно возможные в "пустой комнате" статусные игры. Везде, где нет дела, мобилизующего все возможности человека - торжествует безделье и "павианы". Собственно, любая скука в коллективе вытаскивает наружу этого хвостатого жителя Африки. В другой, менее благоприятной обстановке обществу гамадрилов не выжить. Именно это мы видим в многочисленных примерах "плота "Медузы"", где не предпринимается попыток добыть пищу, или добытая пища отбирается "альфой" с несколькими прихвостнями, после чего самого добытчика могут прибить и схавать под шумок. Умный добытчик - это для альфы опаснее, чем призрак голодной смерти, потому что подрывает его авторитет. В общем, все умерли. Или почти все, разница не критична. То есть, в жестоких условиях выживания "павианья стая" обречена.

Но дети-то растут более-менее сытыми и защищенными! И если они не заняты общим, захватывающим их внимание делом, требующим коллективного труда, то "дикаря" сменит "павиан" и будет устанавливать свои правила, а "дикари" с их справедливостью и "умники" с их интеллектом станут гаммами и омегами. "Скотом". Выводы делайте сами.

Окситоцинщики хороши и для выживания в суровых природных условиях, и для достижения нужной всему обществу цели - они целеустремлены, организованны, не тратят время и силы впустую, но, как только заходит вопрос о дифференцированной оплате - пиши пропало, у половины чувство справедливости потребует уравниловки (остальные учтут вклад в общее дело). Также, если у "умников" стартер внутри, и они сами находят себе точку приложения сил, то "дикарям", частенько, задачу нужно поставить, иногда и работу сорганизовать. Не всегда, среди "дикарей" вырастают мудрые управленцы, но "каждый сам себе начальник" - явно не про них. Кстати, "дикарь" в данном контексте - уж никак не оскорбление, человек каменного века выжил там, где нам, современным - только сдохнуть без тех знаний-умений, что наработаны за тысячелетия нашими предками.

Уважайте первобытного предка! Именно благодаря его нелегкой жизни мы имеем сейчас само понятие справедливости, а не тотальное "право сильного". Оно формировалось не одно и не два тысячелетия, оно неизмеримо старше любой ныне существующей общественной формации и религии, и та идеология, которая его игнорирует, никогда не наберет достаточно последователей. Вот обмануть требование справедливости - это да, могут и делают, а проигнорировать - фигушки.

Об антагонистах окситоцина я уже сказала - это серотонин и  производные дофамина (норадреналин и адреналин). Они мешают образованию привязанностей, но серотонин не провоцирует статусных игр, а производные дофамина у "умников" редко присутствуют в достаточном для этого количестве. Так что "умники" прекрасно живут в среде "дикарей" и работают на общее дело в той мере, в которой оно совпадает с их целями, спокойно принимают и следуют принципу взаимного альтруизма, а также способны на самопожертвование - но скорее ради собственных идей, чем ради общества.

Впрочем, тут возможны варианты. "Умник" в определенных жизненных ситуациях вполне может стать "окситоцинщиком", но очень редко - "павианом". В ситуации неизбежности павианьих разборок он действует, исходя из собственных целей, не являющихся павианьими, и способен на более хитрые, жестокие и просчитанные ходы, чем поглощенные статусными разборками "обезьянки".

Это мы поговорили о лучших представителях рода человеческого, лучших в том смысле, что если и можно надеяться на будущее человечества – то только такое, где горизонтально консолидированные особи составляют подавляющее большинство населения, а остальные (в самом мягком случае) принуждаются ко «взаимному альтруизму». Не стоит думать, что это «военный коммунизм» или нечто подобное. Между прочим, любой обмен и любое разделение труда возникли именно благодаря реципрокному альтруизму. Почему так? Потому что при его отсутствии, при строго вертикальной консолидации выменивать (покупать) у тебя никто ничего не будет: тот, кто сильнее, отберет у того, кто слабее, необходимую ему вещь. Ничего не давая взамен, кроме, разве что, тумаков и затрещин. Строго вертикальные сообщества – в тюрьме, армии мирного времени, где допускают и даже поощряют дедовщину, или в самостоятельно сорганизовавшихся детских коллективах - так и строятся: альфа бьет и обирает бет, беты бьют и обирают гамм, а на омегах вообще оттягивается каждый, кому не лень.

При этом альфа – вовсе не самый умный, часто даже не самый сильный, но обладающий эпилептоидным характером крайне эгоистичный индивид. То есть «настоящий буйный», потому и вожак. Правда, если у него нет определенной, большой доли хитрости, то наверху долго не удержится.

Среднестатистический альфа хитер, в опасные драки не ввязывается, натравливая шестерок, а при настоящей опасности первым удирает, бросая свою стаю на произвол судьбы. А вы, если умные, держитесь за лидером, пугая врага голыми жопами! У павианов они характерного ярко-красного цвета, особенно яркие задницы у альф, для того, чтобы оповестить сородичей, когда им пора линять со всех четырех лап. Стаю при необходимости защищают лопухи-гаммы, потому что нервы у них на пределе, адреналин зашкаливает, и страх в определенный момент перерастает в ярость загнанного в угол зверя. Тем более что убегают они последними. И первыми гибнут. Для стаи павианов оно не потеря, потому что самок оплодотворяют, в основном, альфы, иногда – беты, и почти никогда – лохи-защитнички.

Почему же регулярно в течение миллионов лет появляется этот фенотип? Откуда наследственность? А она почти такая же, как и у лидера, только пожиже и похилее. Та же злость, трусость и желание поживиться за счет сородича. Только силенок на это не хватает. Дофамин у «вертикалов» (а что, подходящее название, павианы любят поковыряться у сородича в заднице и побросать в прохожих собственные какашки)очень быстро перерабатывается в норадреналин, а тот – в адреналин. Фаза норадреналинового гнева у альфы длится, в среднем, дольше, чем у беты, а у гаммы вообще проскакивает мгновенно и незаметно.

Вертикальная консолидация стаи помогает им выживать в достаточно благоприятных условиях тропиков, но уже субтропики ставят их на грань голодной смерти зимой. Ну, не северные они жители, это лысая обезьяна под названием человек с кого хочешь шкуру сдерет и где угодно выживет. Потому что умная (мозг крупнее и организован лучше, дофамин и другие нейромедиаторы на всякую дрянь переработаться не спешат), а к сородичам относится трепетно: доверяет и проверяет. Ябедничество, между прочим, присуще не только людям, но и, например, шимпанзе, у которых некоторые признаки горизонтальной консолидации найти можно. Если очень постараться. Увидев еду, шимпанзе инстинктивно кричит, подзывая сородичей, но кто из них сильнее – тот всю кучу вкусняшек и хапнет, если в руках уместится, конечно. А остальные будут прыгать вокруг и пускать слюни.

Среди приматов, пожалуй, только первобытный человек настолько обгоризонталился, что делил добычу на всех сородичей. По релевантности, конечно, но уж совсем голодными не оставались даже немощные. Поэтому он и выжил, без клыков, когтей и густой шерсти, в условиях ледникового периода, поэтому расселился по всем климатическим зонам вплоть до заполярья. Но у остальных-то приматов почему такое полезное приспособление не прижилось?

А им не надо. Они, практически, все - высокоспециализированные виды, прекрасно приспособленные к тем условиям, в которых живут. Это далекие предки человека разумного были неконкурентоспособными лузерами, которые жили, где придется, и собирали, что плохо лежит. Зато они были универсальным, всеядным и сообразительным видом. Поэтому не вымерли, когда теплые и сырые леса начали высыхать, отступать и превращаться в холодные степи, а, наоборот, приспособились и заняли освободившиеся из-за климатической катастрофы ниши.

Сперва освоили рацион падальщика, а потом начали охотиться, пользуясь вместо отсутствующих клыков и когтей палками и камнями. Видов прачеловека было много, а сейчас живет только человек разумный, и среди антропологов не утихают споры, кто из этих пра- был нашим предком, а кто просто вымер. Вроде, где-то еще встречали реликтового гоминида йети, но, даже если это так, то ареал его обитания узок, а численность невелика. Хотя, вроде, высокий рост, мощная мускулатура, густая шерсть и клыки должны были предоставить ему изрядную фору, но эти же приспособления не помогли против экспансии хилых, но сообразительных и вооруженных плешивцев. Победителей в конкурентной гонке на самое приспособленное ко всему на свете сообщество. Конкурировали-то, по большей части, не особи, а стаи, и «наши победили». Это произошло благодаря двум вещам: изобретательному уму и горизонтальной консолидации.

Но почему же вертикальная консолидация у людей не только сохранилась, но и лезет изо всех щелей сразу, как только давление внешних условий становится ниже критического, и для выживания группы уже не обязательны взаимопомощь и взаимоподдержка? А почему у человека сохранился копчик, на него же так неудобно падать? А что уж говорить о глазном дне: и расположено оно шиворот-навыворот, да еще и слепое пятно смотреть мешает!

Что ж поделаешь… так шла эволюция. Это нам просто, имея готовую информацию о том, что дано и что нужно получить, имея сформированное эволюцией мышление, сконструировать годный механизм без лишних и кое-как приспособленных, не предназначенных для этой функции деталей, а у жизни было только три метода «конструирования»: случайность, комбинация, отбор. Только с их помощью можно создавать информацию «почти из ничего». Но и цена высока: куча отбракованного, почти столько же нефункционального и даже умеренно вредного в функционирующих организмах и экосистемах, а уж сколько времени это заняло! Жуть. 

Если смотреть на другие социальные инстинкты, то ближе всего к инстинктам вертикальной и горизонтальной консолидации – механизм конформности. Его зачатки появились задолго до возникновения нервной системы, а уж на множестве видов насекомых, рыб, птиц и зверей он развернулся вовсю. Его смысл прост: «делай, как я, делай, как все». Пока рыбки плавают в строгой последовательности, не позволяющей разогнаться хищнику, тот не может выхватить ни одной. Как только строй нарушается – бросок – и кого-то схарчили. У насекомых механизм, обеспечивающий коллективное поведение, гораздо сложнее, а ведь кто бы подумал – сколько там у них ганглий… Впрочем, даже в коллективном поведении насекомых присутствует некая тупость и механистичность: часть муравьев, сосредоточившаяся на одной стороне гусеницы, тащит ее быстрее и эффективнее, чем вдвое большее количество, но расположенное по разные стороны ноши (они в противоположные стороны тянут). Мало того, конформизм совершенно негибок, даже у зверей. Если, загоняя овец в хлев, вы подставите палку, баран через нее перепрыгнет, перепрыгнет и следующая овца. Уберите палку. Другие овцы, понаблюдавшие за прыгунами, тоже будут заскакивать в овчарню в прыжке, словно вы палку не убирали.

«Сделай как другие, и все будет хорошо». «А вдруг они знают что-то, чего я не знаю?» Это – обычные человеческие отговорки, оправдывающие конформизм. Ему-то самому оправданий не надо, это инстинкт и от разума почти не зависит. Несмотря на все его недостатки, конформное поведение – гораздо более выгодная стратегия многих животных, чем одиночное или соседствующее существование. Сбившиеся в стада олени представляют не самую удобную мишень для охотящихся хищников, а схваченная или напуганная особь оповещает криком всех остальных членов стада. Но для человека этого мало, как и для большинства приматов.

Именно конформный инстинкт сбивает приматов в стаи или толпы (если мы говорим о людях), но руководит ими уже вожак. Как он появляется в свежесформированной группе обезьян, например, в зоопарке или в виварии – я своими глазами не видела, а вот как он выделяется из детсадовской группы, школьного класса или дворовой компании – наблюдала неоднократно. Начинается с задирания товарищей, мелких драк и гадостей за спиной, продолжается кучкованием, «против кого дружим?», не успеешь оглянуться – а рядом с тобой уже не маленькие люди, а стая гиенышей или обезьянок, обращаться к которым нужно с позиции силы, насмешки, принуждения и наказания. В первый момент хватает точечного воздействия на свеженького альфу, потом будет поздно. Унизить и осмеять его в глазах других детей, обратив внимание именно на значимые для них недостатки – и альфа сдуется надолго. Но дальше начнутся странности. Те, кого этот альфа гнобил, начнут действовать так же, как он, задирая и подначивая не только своих приятелей, но и вас.

Причина этого в том, что, унизив и «сдув» альфу, вы неявно заявили претензии на лидерство, и вас начали «проверять на соответствие». Фактически, в этом случае вы и дальше будете вынуждены обижать и унижать всех его «подданных» чисто в профилактических целях, для подтверждения статуса. Не хотите? Единственная альтернатива такой «школы обезьян» в том, чтобы включить весь класс в реальное дело, требующее кооперации усилий и занимающее почти все свободное от учебы время. Осмысленный коллективный труд быстро возвращает маленьким «оборотням» человеческий вид и формирует горизонтальные связи взаимопомощи. Труд, не требующий кооперации, для этого недостаточен. Развлечения – тем более. Бессмысленный труд – откровенно вреден. Спорт – только командные виды формируют взаимовыручку, и то не все. В общем, пришкольный сад и, в особенности, огород – самый оптимальный вариант для воспитания людей. Сельскохозяйственный труд требует и регулярности, и кооперации, и разделения функций, и трезвого ума, а, главное, приносит реальный результат. Школьные мастерские, где занимаются не выжиганием или выпиливанием из фанерок, а изготовлением и ремонтом нужных вещей – второй вариант очеловечивающих занятий. Третий вариант – кружки, в которых делается нечто реальное, а не высокохудожественная лепнина из соплей, но он останется вспомогательным средством, поскольку формирует группки по нескольку человек, а не объединяет весь класс.

Бывший альфа в этом случае либо включается в процесс на равных с остальными (такое возможно только в детстве, не упустите!), либо переходит в разряд «подозрительных маргиналов», с которыми дети, занятые делом, общаются редко и по необходимости. Второе встречается чаще, у взрослых – в 100% случаев, импринтинг модели поведения возможен только в детстве. Исходя из принципа наименьшего зла, бывшего альфу лучше вообще удалить из этого коллектива, уж больно дорого могут стоить его обиды всем остальным, а не трогать ни его, ни иерархию – предательство по отношению к другим членам сообщества. Почему?

Потому что пользы от его лидерства никакой, окромя вреда. Чем старше вожак иерархии, чем крепче он утвердился в своей роли, тем меньше он контактирует со внешней для сообщества реальностью, тем меньше о ней задумывается. Цели преследует близкие, сиюминутные, будущее видит неотличимым от настоящего даже при явных тенденциях к ухудшению. А уж взрослый вожак иерархической стаи – совсем не та личность, которой можно доверить управление даже кофемолкой. Потрясающая узость и заштампованность мышления сочетается с инстинктивным ощущением уместности того или иного воздействия на остальных членов группы. Можно сказать, что альфа – специалист, только очень узкий. Мастер подчинения сородичей. И «переквалифицироваться» он не сможет: не позволит самооценка («западло»), а, главное, специфическое мышление. Наиболее упертые альфы уверены, что закономерности реального мира прогнутся, если достаточно сильно на них надавить. Как он будет править, к чему приведет «племя»?

Какие еще у отличительные черты у нашего альфы? Самый высокий среди членов иерархической группы личный эгоизм, постоянный контроль и подавление самостоятельности остальных членов группы, регулярный отъем ресурсов, вплоть до недостаточного для их выживания (это, обычно, связано с игнорированием ухудшающихся внешних условий). Для поддержания реноме используется регулярное устрашение бет и гамм, а еще коллективное мучительство самых низкоранговых: и чтобы разрядить обстановку, и как пример того, «а так мы будем бить несогласных». Иногда с низкоранговыми можно поделиться излишками, но чаще эта дележка неосознанная, так богатые «делятся» с нищими, выкидывая на помойку неношеные вещи. А гаммы и, тем более, омеги не в состоянии сорганизоваться для того, чтобы вломить альфе по полной программе – из-за страха: «как бы не стало хуже». И продолжают умиротворять его подношениями и позой подставления.

В перманентном стрессе все, не только омега: альфа боится потерять власть, бета хочет к ней прорваться, гамма ждет, что у него отберут жратву, омега ждет издевательств. Думать на посторонние темы любому члену иерархии некогда, поэтому планирование у них краткосрочное, даже у людей, не говоря уж об остальных приматах. В одной из любимейших песен уголовников очень характерные слова: «Есть только миг, за него и держись. Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь». Неудивительно, что любые дела с долгосрочной перспективой чисто иерархические группы с треском проваливают, предпочитая «копейку сегодня, чем рубль завтра». Исключения есть, но они связаны с теми слабо вписанными в иерархию субъектами, которых прославляют криминальные боевики. Эти «герои» втемную используют, разрушают, а иной раз и уничтожают физически ту криминальную группу, из которой вылезли. В реальности вероятность такого события крайне мала, и выглядит как почти что подвиг. Ну, понятно, к уголовникам читатель боевика относится однозначно, их не жалко, следовательно, их убийца – герой, но вот как относиться к тем индивидуям, которые рушат не криминальные структуры, а, например, экономику страны в угоду своим личным целям? Механизм-то одинаковый!

Так что гнать альфу из детского коллектива следует сразу, как появился. А лучше вообще не допускать создания иерархии. Взрослую иерархию так просто не разломаешь, даже если оставишь в коллективе только гамм и омег - они уже слишком привыкли гнуть спину и бездумно следовать за лидером. Да и стоит ли? Проще выдернуть оттуда тех, кто сохранил способность к долговременному планированию и еще не забыл, как оно – самостоятельно думать, и поместить в здоровый коллектив. И то получите немалый риск взаимного непонимания и конфликтов на ровном месте.

К горизонтальной консолидации детей нужно приучать сразу, как только они начинают социализироваться, это возраст 3-7 лет. Что-то еще можно исправить в начальной школе, а потом любые результаты будут кратковременными: пока к этому принуждают исключительно тяжелые условия среды, да и в них альфа с прихвостнями постарается занять позицию надсмотрщика над сородичами. А как только закончится «черная полоса», иерархичность возродится с новыми силами. И это – совсем не то, что способствует продуктивному труду и прогрессу. А почему тогда он вообще идет, мы ведь живем в иерархическом обществе? Так, да не так.

Среди животных иерархические группы с почти отсутствующей горизонтальной связью встречаются часто. Они живут собирательством и охотой, это позволяет концентрироваться только на сиюминутных целях, выстраивая краткосрочную стратегию поведения. «Дают – бери, бьют – беги». А вот современные люди без долгосрочного планирования и взаимопомощи, а также сложной и разветвленной сети обмена и отсроченных обязательств не выживут. А обмен (и торговля, как его разновидность) не мог бы существовать без взаимности обязательств, который невозможен в чисто иерархической структуре (там направление движения ресурсов одностороннее).

Кроме того, теперешний человек без продуктов промышленного и сельскохозяйственного производства – не жилец, а для того, чтобы создать такую промышленность и сельское хозяйство, потребовался не один век познания природы и истинно творческого труда, которые требуют времени, сил и самостоятельности мышления, а в иерархии такое мало того, что не поощряется – у ее членов не остается ни минуты, чтобы полностью отключиться от внутренних разборок или их ожидания. Животные хоть не зацикливаются на этом из-за неумения прогнозировать дальние последствия, а люди, озабоченные карьерой, частенько ни о чем другом думать вообще не могут. Какое там дело, какое производство, какая наука, какое искусство! Добравшиеся до высоких мест в любой иерархии ни о чем, кроме междусобойной возни, думать не могут – давно отвыкли.

Если бы не было горизонтальной консолидации, вертикальные структуры из людей погибли бы вместе со всеми своими членами. Еще в каменном веке. Можно сказать, в человеческом обществе вертикальные структуры паразитируют на горизонтальных, но они настолько сильно сплетены между собой, что часто мы не видим границы между ними. Но хоть что-то положительное в иерархиях есть (ну хоть капелька!)? Как ни странно, есть! Вертикальная консолидация - не совсем атавизм, кое в чем иерархические структуры будет необходимы до тех пор, пока мы не найдем, чем их заменить.

Быстрота реагирования, делегирование задач и полномочий и контроль результатов. Если честно, в иерархии это осуществляется дурно, но осуществляется. А нам нужно, чтобы осуществлялось хорошо. Мы же – не «слепой часовщик», у нас есть условия задачи и средства ее решения, а, главное, мы умеем думать. Ну, кто-как, но, в большинстве своем, умеем.

Разделение труда и распределение его результатов (с большей или меньшей справедливостью) – это следствие горизонтальной консолидации. Иерархическое разделение иное: одни работают, другие – едят. Управление, по сути, тоже не означает обязательного иерархического ограбления (хотя часто с ним сочетается), и может осуществляться без постоянного насилия и его угрозы (хотя к нарушителям принятых в группе правил поведения должны осуществляться санкции, исключающие повторение).

Принципы такой организации сформулировал Юрий Мухин в концепции делократии. Основа делократии, фактически - горизонтальная консолидация на принципах взаимного альтруизма (т.е. отсроченной платы) и справедливого (пропорционально вкладу) распределения результатов. Способ – делегирование задач и контроль конечного результата. Она хороша на малых предприятиях – сама нечто похожее внедряла, и успешно. Восемь лет процветания… и быстрый развал в результате откровенно жульнических действий неподконтрольного мне человека – брата директора. До этого мы вовремя выявили и обезвредили (выгнали, не дожидаясь убытков) только трех жуликов и отсеяли кучу неподходящего народа уже на этапе собеседования: легче не допустить «заболевания», чем потом «лечить».

То есть, первое и главное – кадры. Ну, конечно, они решают далеко не все, но взрослых вертикалов не переделаешь, а работать с ними невозможно, чуть занялся делом – а за спиной уже какие-то малопонятные интриги. Да, теоретически я этих ребят понимаю, если очень нужно – могу устроить и армагеддец мартышкам, но жить и работать в их обезьяннике не способна – ни сил, ни желания, ни нервов не хватит.  Так что говно полировать мы не будем. Будем осуществлять отбор на этапе трудоустройства. А на перспективу – нужно самим выращивать себе кадры, благо, с трех до шестнадцати лет вполне реально простимулировать как инстинкты горизонтальной консолидации (не путать с конформной!), так и познавательно-творческие, и «впечатать» нужную модель поведения (горизонтальной консолидации). Сами методики просты, но без реального дела не работают.

Кто там с задних рядов бубнит, что «это бесчеловечно»? Вам сколько веков впечатывали обезьянью модель поведения, хоть с «боженькой-суперальфой» и «царем-батюшкой», хоть с «обществом равных возможностей стать омегой»? А уж методы были самые зверские. Погуглите «дети в средневековье» и «дети в викторианской Англии», «домострой» и «образование в дореволюционной России». Картинка будет впечатляющей, гарантирую! А окучивать картошку и полоть грядки на каникулах – это нормально, физическому и психическому здоровью только на пользу, как и ковыряние в потрохах древнего жипуленка и не менее древних холодильников после уроков. Главное – чтобы человек от этого результат чувствовал, чтоб он картошку-капусту эту потом ел, и чтобы «восстановленный» холодильник мог бабушке подарить.

Второе – организация. Необходимо, как вы понимаете, для разделения работы на подзадачи, делегирования их «вниз» и контроля только результата на выходе. Вопрос объемный, описывать его тут не стоит, ничего нового я не скажу, ищите по сети сами. Вариантов много, в каждом конкретном случае своя специфика, захотите разобраться – поймете и воспользуетесь нужным, да еще и сами подкорректируете.
Но!
Все представленные схемы годятся для малых предприятий, для большого схему стоит сделать фрактальной, как – подумаете и поймете сами. Главное – все это возможно, и не как одиночный феномен, а как обыденность. При условии соблюдения первого пункта – подходящих кадров. С павианами делократия не работает от слова «совсем».

Третье – внешние условия для сплочения. Как ни странно, здоровая враждебность и жесткость окружения сплачивает коллектив. Особенно когда это «враждебность» природы, а не людей. Люди, привыкшие к горизонтальным связям, часто не понимают неумное и нелогичное (краткосрочное!), с их точки зрения, поведение «вертикалов». Рассчитывают на то, что «свой брат, человек – завсегда лучше медведя». А он уже не «свой брат». При том фенотипическом (и наследственном) разбросе, который сейчас существует среди людей, следовало бы говорить уже, как минимум, о подвидах, если бы они были минимально изолированы друг от друга. И это не вопрос расы или национальности, они тут вообще не при делах, это вопрос биохимии мозга и доминирующих инстинктов социализации. Чем более схожи подвиды по внешнему облику, чем более близкие экологические ниши (в предельном случае – одну и ту же) они занимают, тем сильнее конкуренция между ними (в предельном случае – война). Вертикалы объединяются скорее и действуют оперативнее горизонталов, но последние имеют преимущество в долгосрочном планировании и способности к длительному движению к поставленной цели.



Ключ на старт. Время пошло.
Tags: автор - Хорхой Ольга, зверь в себе, иерархия, прикладная этология, химия эмоций, этология, этология человека
Subscribe

promo 2academy july 21, 2013 00:06 11
Buy for 10 tokens
Оригинал взят у vchernik в устройство примитивной группы по Добровичу К сожалению, книги Добровича​* в интернете не нашёл, делаю для поста выжимку, по основанной на ней статье Дроганова " Малые социальные группы". (В поясняющих примерах, пожалуй, нет необходимости. Выделено…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 66 comments